29.09.2019     0
 

Семейное шоу (глава третья)


Семейное шоу (глава третья)Семейное шоу

Видео: Mortal Kombat X — Глава 3: Саб-Зиро (60 FPS)

Глава третья. «Я вернулась в свой город, знакомый до слез…» Олег Иванович положил трубку на рычаг и весело подмигнул сидевшей напротив него Валерии: -Ты выиграла пари, твой благоверный действительно позвонил. Так что за мной шоколадка. Я молчал, как рыба, ты же слышала.

Глава третья. «Я вернулась в свой город, знакомый до слез…» Олег Иванович положил трубку на рычаг и весело подмигнул сидевшей напротив него Валерии: -Ты выиграла пари, твой благоверный действительно позвонил. Так что за мной шоколадка. Я молчал, как рыба, ты же слышала.

-Ну и молодец, — довольно равнодушно отозваласьВалерия. – Тем более, ты все равно не знаешь, где яостановлюсь. Я сама это всегда решаю, причеминогда – в последний момент. Особенно если еду вПитер.

-Ну да, ну да, родной город, знакомый до слез ивсе такое. А если будет необходимость с тобойсвязаться?

Видео: 3 сезон Эвер Афтер Хай (все серии подряд 8-20) на русском языке

-Есть такая штука, называется мобильныйтелефон. Слышал?

-Он же у тебя вроде не в порядке?

-С чего это ты взял? – чуть деланно изумиласьВалерия. – Прекрасно работает, просто…избирательно.

-Поссорилась с Борисом, — уверенно предположилОлег Иванович. – Не делай невинных глаз, я трираза разводился, все нюансы знаю наизусть.Хочешь, чтобы он за тобой побегал, глубже винупрочувствовал. Так?

-Примерно так, — неохотно согласилась Валерия. –Командировка моя, поэтому как нельзя болеекстати. Так что давай ближе к делу.

-К делу или к телу? – решил сострить ОлегИванович, но встретил такой ледяной взгляд, чтобуквально покрылся гусиной кожей. – Все, прости,виноват, безобразно вспылил, учту, исправлюсь. Тыделаешь интервью с этой мадам, вдовой видногополитика, которая сама хочет стать заметнойличностью. Правильно?

-Правильно. Вопросы я уже набросала. О политикеговорить, естественно, не буду, это скучно, обэтом только что на заборах не пишут. Попробуюраскрутить ее на беседу «как женщина женщине».

-Умничка! – восторженно воскликнул ОлегИванович. – И насчет личных планов на будущее –обязательно. Нашим читательницам плевать, какойпроект на телевидении она собираетсяраскручивать, им интересно, как она нынешнее своеодиночество переносит, чем его скрашивает. Иликем.

-Мне бы не хотелось делать материал на гранисплетни, — поморщилась Валерия. Я посмотрелакое-какие материалы, навела справки – дама вродебы неглупая, целеустремленная, немноготщеславная, но кто же из нас без изъяна? И семья унее интересная. Конечно, все сведения тщательнопроверены, а то, что она сама расскажет, я ей влучшем виде на рассмотрение представлю.

-В общем, как всегда, — с довольным видом подвелитог Олег Иванович. – А теперь что касаетсянового проекта. Я бы хотел, чтобы ты взялась засерию портретов женщин-политиков, но безполитики. Как тебе идея?

-Надо подумать… — неопределенно отозваласьВалерия.

Необычайно свежая мысль! А главное –оригинальная. Интереснее было бы сделать толькосерию очерков о мужчинах-политиках, но безполитики. Так сказать, портрет в домашнеминтерьере… Подожди-подожди, а почему такойсарказм. Между прочим, вот это надо попробовать.Что-то типа программы «Без галстука», но ещеболее домашнюю, интимную, что ли. В программеобычно совершенно отсутствуют члены семьи: жены,дети, внуки. В лучшем случае, показывают ихфотографии, так для разбавки основной линии. Аесли весь упор сделать именно на частную жизнь?Только без копания в грязном белье и безподглядывания в замочную скважину. А почему бы инет?

-Что-то придумала, — безошибочно определил ОлегИванович. – В глазах появился охотничий блеск. Ятебя знаю лучше, чем ты полагаешь.

-Придумала. Но идея пока сырая, обдумаю подороге туда и обратно. Да и в белые ночи плохоспится.

-Ну, хоть намекни! – взмолился Олег Иванович.

-А что намекать? Ты сам мне эту идею подал, -пожала плечами Валерия и конспективно изложилатолько что родившийся у нее замысел нового цикла.

-Это, значит, я такой умный, — польщеноусмехнулся Олег Иванович. – Ну-ну. Умеешь тывсе-таки мужика по шерстке погладить так, что онвмиг ручным становится.

-Была бы шерстка, а погладить – дело нехитрое, -отозвалась Валерия, украдкой бросая взгляд начасы.

Меньше чем через час ей ехать визироватьинтервью, а тут разговору, похоже, конца краю невидно. Надо как-то деликатно сворачивать беседу сшефом и в темпе ехать к «плейбою». Туда помосковским пробкам не меньше получасапотребуется, чтобы добраться.

-Сколько тебе времени нужно на визирование? –очень точно оценил перехваченный им взгляд ОлегИванович.

Валерия пожала плечами.

-Это непредсказуемо. От четверти часа до…отхода поезда. Наш герой-любовник очень уж любитпоговорить, особенно о себе и о своих победах нафронтах любви.

-Он к тебе не клеился? – ревниво спросил ОлегИванович.

Валерия усмехнулась и подумала, что Боб никогдане задал бы ей подобного вопроса. Похоже, он ее ине ревнует вовсе, доверяет полностью, да иповодов она не давала. А этот… Эх, Боб, придется стобой мириться. Простить твой мимолетный кобеляжи продолжать жить дальше. Все-таки самый умный икрасивый мужчина в ее ближайшем окружении – этособственный супруг. Такими не бросаются.

-Впрочем, за тобой любой мужчина, по-моему, тутже начинает ухаживать, если он не слепой, -поторопился исправить свой промах Олег Иванович.– Вот повезло Борьке! И не ругайтесь вы с ним, какдруг советую, хотя лично мне это невыгодно. Ну,ляпнул что-нибудь, ну глупость сделал, так простиего. Поверь мне, мужики очень ценят, когда их непилят до бесконечности, а немножко помучат – ипростят. Особенно, если это в первый раз.

-Я подумаю, — совершенно серьезно сказалаВалерия. – Возможно, ты прав. Но видеть его покане хочу. В Питере остыну, он глубже осознает, чтобыл не прав, тогда…

-Ну и умничка, — со вздохом подвел итог ОлегИванович. – Если все-таки надумаешь поменятьмужа, помни, что у меня преимущественное право:два года безответной любви. И в любом списке ядолжен быть под номером первым.

-Раз должен – значит, будешь, — уже машинальноответила Валерия, собирая свои вещи в сумочку. –Ну, счастливо. Вернусь через три дня, докладыватьо ходе событий буду регулярно.

-Решишь задержаться на пару деньков – толькопозвони, — небрежно сказал Олег Иванович. – Тебевсе можно.

-Благодарю за доверие, — усмехнулась Валерия,встала и вышла из кабинета.

Настроение у нее, как ни странно, было почтиприличным. Все-таки Олег ведет себя как настоящийдруг: в душу не лезет, вопросами не донимает,свободу действий (и жизни) предоставляет почтиполную. Злоупотреблять этим, конечно, не следует,но мало ли какие ситуации в жизни бывают. Такимиотношениями опять же не бросаются.

И, наверное, он прав: не нужно обострятьситуацию, нужно самой позвонить Борису. Только нена мобилку, а на домашний телефон. Если дома –значит, действительно раскаивается и можно будетподумать о следующем шаге к примирению.

По дороге к «плейбою» случилась мелкаянеприятность – спустило колесо, но в такихслучаях Валерия предпочитала забывать оравноправии и о принципе «я сама», а простовыходила из машины и вставала возле нее с оченьгрустным видом. Не было еще случая, чтобы черезпять минут двое-трое добровольцев, пыхтя отусердия, не возились с запаской, время от временибросая на попавшую в беду красотку зазывныевзгляды. После того, как все было сделано, обычнопросили «телефончик» и получали в ответвежливо-уклончивое:

-Большое спасибо за помощь, но у меня оченьревнивый муж.

На сей раз все тоже было по схеме, но на встречу,Валерия, естественно, опоздала. Правда, позвонилаи предупредила, но к месту назначения добраласьлишь около семи: ехать нужно было почти на крайМосквы – в Крылатское. И примерно час потратилана пустейшую светскую беседу «за кофейком», апотом почти насильно заставила слишком ужгостеприимного хозяина заняться визированиеминтервью.

Тут же оказалось, что красавец и бывшийнеотразимый сердцеед – еще и патологическийзануда: читал и правил он около двух часов, делаяпри этом далеко не самые умные и толковыезамечания. Валерии стало понятно, почему все егомногочисленные браки оказывались стольнепродолжительными: такую мелочность ипридирчивость могла вынести только святая.

В результате времени оставалось ровно столько,чтобы добраться до вокзала, поставить машину наплатную стоянку и сесть в поезд. По дорогеВалерия решила, что все-таки позвонит Бобу прямосейчас: после одиннадцати вечера на работе емуделать нечего, должен вернуться домой. Она толькопоговорит с ним, поговорит очень прохладно, но онумный мужик, поймет, что ему дают шанс напримирение. Но дают этот шанс только в том случае,если он окажется возле домашнего телефона.

Трубку Боб снял со второго звонка и сердцеВалерии радостно дрогнуло. Но голос онапостаралась сохранить как можно болееравнодушным:

-Ты дома? – спросила она вместо приветствия.

И тут же услышала, как буквально в двух шагах оттелефонной трубки что-то загремело и абсолютноженский голос выругался: то ли ушиблась, то лииспугалась. Ах, мерзавец, дома-то дома, но с бабой!Валерия нажала трубку отбоя, чудом избежаластолкновения с выскочившей откуда-то наперерез«Газелью», тоже выругалась и постаралась взятьсебя в руки. Ну, теперь Боб за ней действительнопобегает, второго прокола за один день она ему непростит. В поезде, попросив проводника постелитьей немедленно, принести минеральной воды ибольше не беспокоить, Валерия отключила телефон,приняла – редчайший для нее случай! – таблеткуснотворного и через полчаса уже мирно спала подстук колес. Правда, если бы кто-то внимательновгляделся в ее лицо, то заметил бы на нем следынедавних слез. Но вглядываться было некому.

Читайте...
Как приготовить цезарь ролл в домашних условиях?

Питер встретил Валерию нехарактерной для негопогодой: ярким солнцем и теплым ветерком. Поэтомуона не стала брать такси, а просто доехала натроллейбусе до Васильевского острова и там,пройдя пешком минут пятнадцать, оказалась переднедавно отреставрированным четырехэтажнымдомом с двумя подъездами. В одном из нихрасполагалась маленькая гостиница, про которуюпочти никто не знал, но которая не уступалакомфортом новым отелям-люкс, появившимся вгороде на Неве, хотя цена за номер была раза вчетыре ниже, чем там.

В уютном одноместном номере Валерияподтвердила заказ на завтрак, поднялась туда,распаковала вещи и приняла душ. Когда принеслизавтрак, попросила свежие газеты и включилателевизор, чтобы сразу попасть в курс дел,происходивших в городе. Ничего особенно важногоне узнала, выкурила еще одну сигарету и,посмотрев на часы, позвонила пресс-секретарюдамы, с которой у нее была назначена встреча натри часа дня. Пресс-секретарь была самалюбезность, но сообщила, что у ее патронессытолько что наметилась важнейшая встреча вСмольном в два часа, так что не затруднит лиуважаемую журналистку перезвонить как раз околотрех часов: возможно, Милена Семеновнаосвободится, а других важных дел у нее на сегодняне намечено.

Видео: Эвер Афтер Хай — 3 ГЛАВА — 20 вебизод. Сказочный турнир / Школа Долго и Счастливо

Мысленно Валерия чертыхнулась: ей предстоялочем-то себя занять ближайшие три часа, а вполневозможно – и весь сегодняшний день, потому чтовнутренний голос подсказывал ей: сегодняинтервью не состоится. Просто так в Смольныйсрочно не вызывают, особенно незадолго догубернаторских выборов, и как быглубокоуважаемая Милена Семеновна не застряла вэтом заведении до глубокой ночи. Все лезут вполитику, просто помешательство какое-то!

Помедлив некоторое время, Валерия с огромнойнеохотой взялась за телефон и набрала номерсобственной матушки. Аде, конечно, триждынаплевать, чем занимается Валерия, но если непозвонить в первые же часы после приезда в роднойгород, есть реальный шанс нарваться натематический скандал: «Забытая старуха-мать».Особенно если отчима нет в Питере, хотя это-то,как раз было бы неплохо. Так что в любом случаенужно звонить.

-Ада? – спросила Валерия, когда мать снялатрубку после третьего или четвертого звонка. –Это я. Я в Питере. Ты уже встала, дорогая?

Этот вопрос тоже был из разряда обязательных:до полудня Аде звонить не рекомендовалось, апосле нужно было осведомиться, не обеспокоили лиее. В Москве, время от времени размышляя о своихотношениях с матерью, Валерия иногда думала,почему она позволяет втягивать себя в этидурацкие игры, но при непосредственном общении сАдой терялась и тщательно соблюдала все правила,придуманные вечно молодой красавицей, которойбыло решительно нечего делать.

-Ну что ты, милая, — раздался в ответкапризно-манерный голос Ады, — я же почти не сплю.В моем возрасте бессонница так распространена…Ты надолго к нам?

-На три дня. В командировку.

-Как чудесно, милая! Может быть, придешь завтра кнам на ужин? Сегодня, к сожалению, мы с Датоприглашены на прием…

Сожалеет она, как же! После посещения салоновкрасоты Ада больше всего любит ходить навсевозможные приемы и презентации. Каждый раз — вновом туалете и с умопомрачительнымидрагоценностями. А отчим это только поощряет:такая жена – ходячая реклама его бизнеса. Онвладелец нескольких самых престижных салоновкрасоты в Питере, кроме того, как подозревалаВалерия, через подставных лиц имел долю и всверхприбыльном пивном бизнесе. Последнее,конечно, не слишком респектабельно, зато -сверхвыгодно.

-С удовольствием, Ада. Часиков в семь?

-Да, милая, как обычно. Жаль, что ты без Бореньки.

-Мне тоже, — сквозь зубы проговорила Валерия. –Ты здорова? Тебя не утомит мой приезд?

-Ах, милая, я такая старая бабка, простоудивительно, как еще не развалилась совсем. Норади тебя я готова на что угодно.

-Тогда до завтра, Адочка. Если что – звони мне намобильный телефон, номер ты знаешь.

-Спасибо, милая, ты же знаешь, что я ненавижутелефоны. Но мне приятно, что ты это предлагаешь.До завтра. Я передам твой привет Дато.

Легкая шпилька: сама Валерия о привете и незаикалась, а это нужно было сделать обязательно.Ладно, перебьется один раз без привета, тем болеечто Ада все равно его передаст, да еще от себячто-нибудь добавит. Значит, дорогой отчим вгороде. Жаль, век бы вас не видеть, уважаемыйДавид Вахтангович. Но ничего не поделаешь…

До звонка пресс-секретарю оставалось еще двачаса и проводить их в гостиничном номере,особенно в такую погоду, было просто глупо.Поэтому Валерия переоделась в необычайно шедшийей оливково-зеленый костюм с жакетом в талию идлинной расклешенной юбкой, надела любимые туфлина высоких каблуках, которые были хороши тем, чтов них можно было провести практически целый день,не испытывая ни малейшего дискомфорта ичуть-чуть подкрасилась. В конце концов, онадействительно заслужила небольшой отдых,особенно в родном городе, городе детства.

На всякий случай Валерия сунула в сумочкудиктофон – маленькое чудо, подаренное ей наНовый Год мужем: записывающее устройство было,во-первых, цифровым, что избавляло от возни скассетами, во-вторых, обладало мощнымаккумулятором, рассчитанным на шесть часовнепрерывной работы, в третьих, имело дополнение ввиде фотоаппарата – тоже цифрового, а вчетвертых, сочеталось непосредственно скомпьютером при помощи специального проводка.Весило все это не больше четырехсот грамм иумещалось в любой дамской сумочке.

Валерия вышла на набережную, перешла черезДворцовый мост и углубилась в милые ее сердцупетербургские улицы – прямые, без московскихзакоулков-зигзагов, застроенные домами прошлогои позапрошлого веков. Город-музей, город-сказкапод открытым небом, между прочим, здоровопохорошевший со времени ее последнего приездасюда. Это понятно – готовятся к юбилею, наводятлоск. Но посмотреть приятно, хотя автомобилистам,наверняка, приходится несладко: половина улицперекопана или перегорожена. Что ж, может, хотьсейчас появятся нормальные дорожные покрытия, ане те ямы и выбоины, которыми всегда изобиловалигородские улицы даже в центре.

На Лиговском проспекте Валерия углядела летнеекафе: тоже новое явление для Петербурга с егопричудливыми погодными изменениями. Но сегодняэто было самое то, и Валерия присела за уютныйстолик на двоих под тентом, рассчитывая на чашкуболее или менее приличного кофе и какой-нибудьрогалик. Тем более что уже через полчаса настанетвремя звонить пресс-секретарю и неизвестно,когда можно будет устроить себе хотя бы короткийперерыв.

Кофе оказался выше всяких похвал, именно такой,какой любила Валерия и тщетно добивалась вмосковских кафе, а вместо рогалика официанткапринесла два маленьких, еще теплых круассана ссыром. Мелочи всегда удивительным образомподнимали Валерии настроение, вот и теперь онапочувствовала какую-то свободу и легкость мысли,причем думать о Москве и всем, что там произошло,совершенно не хотелось. Она решила, что еслиинтервью все-таки состоится, то вечером позвонитшкольной подруге Милке или свяжется с еще однойодноклассницей – Софкой, а то и с обеими сразу,пригласит их в какое-нибудь тихое,респектабельное заведение и они всластьнасплетничаются о прошлом и настоящем.

Через пятнадцать минут выяснилось, что МиленаПрекрасная все еще пребывает в Смольном, и когдаоттуда выберется – сама не знает. Поэтому онапросит извинения, а также – перенести встречу назавтра, ровно в полдень. Честью клянется, что насей раз никаких накладок не будет.

-Вы знаете, что «Леди» — один из самыхреспектабельных и престижных журналов в России?– прервала Валерия пресс-секретаршу. – Или вашапатронесса думает, что имеет дело с газетой«Новости Козявкино»? Тогда это – ваш промах. Выплохо выполняете свои обязанности.

-Но Смольный… — растерялась пресс-секретарша.

-Смольный, согласна, причина уважительная. Ноесли интервью сорвется и завтра, будьте уверены,я обеспечу публикацию такого материала о МиленеСеменовне, что ее туда даже на благотворительныйутренник никогда больше не пригласят.

Конечно, пугать бедную девочку – свинство. Но иторчать тут, ожидая, когда мадам соблаговолитуделить ей пару часов из своего бесценноговремени, Валерия не собиралась. Если этой публикеспускать подобные выходки, они обнаглеютокончательно. И так уже об журналистов только чтоноги не вытирают, так вот с ней этот номер непройдет. Она профессионал, знает себе цену ибудьте любезны с этим считаться.

Что же теперь делать? Валерия полисталазаписную книжку и набрала номер Милки. Долгиегудки, никакого ответа. Мобильником подругаобзавестись не удосужилась. Или не считаетнужным. Кстати, может она сейчас элементарно наработе? Валерия набрала номер довольнопопулярной питерской газеты и попросила ктелефону Людмилу Оленеву. После недолгогоожидания она узнала, что данная особа в этойгазете уже около года не работает, а где трудитсятеперь – неизвестно. В последней фразе Валериипочудились некоторые нотки ехидства, но она необратила на это особого внимания. Просто теперьнужно разыскивать Милку через Софку, вот и все.

Наученная первым опытом, Валерия позвонилаСофье Кудрявцевой сразу в редакцию женскогожурнала, где она вела рубрику «Ваш дом – вашакрепость» и выяснила, что подруга находится вдекретном отпуске. Не задумываясь над тем, что быэто значило, Валерия поблагодарила и набраладомашний номер Софки. Та, судя по всему, жилапо-прежнему в коммунальной квартире недалеко отстанции метро «Чернышевская», точнее, в домерядом со станцией метро, и к телефону ееподозвала одна из соседок.

Читайте...
Шведский массаж: техника проведения, польза и результаты процедуры

-Лерка! – обрадовалась Софка. – Какимисудьбами? Сто лет не виделись. Надолго в Питер?

-На три дня в командировку, — сообщила Валерия. –Хотелось бы сбежаться на нейтральной территории,посплетничать. Как ты сегодня вечером?

-Да как всегда! – с неожиданным раздражениемотозвалась Софка. – Накормлю свой выводок,затолкаю в постель и сама спать завалюсь. Был бытелевизор…

-То есть? – не поняла Валерия.

-То и есть, что живу, как в каменном веке, толькохуже. С тремя-то детьми…

-Слушай, Софка, я ничего не понимаю, — решительносказала Валерия. – Я тут недалеко, могуподскочить, адрес помню. Что по дороге купить?

-Еды, — мрачно ответила подруга. – И безвыкрутасов. Можно просто хлеба.

Через сорок минут, нагруженная пакетами с «едойбез выкрутасов», Валерия звонила в давнознакомую ободранную дверь на четвертом этаже.Звонок все так же висел на одном проводке, аобивка, кажется, держалась только потому, чтобыла невероятно грязной и просто прилипла кдвери. Валерию стало тихонечко мутить: она уженачала забывать, что такое питерские коммуналки,а та, где жила Софка, считалась чуть ли не самойстрашной (в смысле запущенности) во всем городе,причем считалась еще тогда, когда они в школуходили.

Дверь открыла сама Софка, на руках у которойверещал младенец месяцев шести, а за юбкудержался ребенок неопределенного пола лет двух.Третий, надо полагать, остался в комнате. Так онои было: пройдя нескончаемый коридор снеизменными корытами и старыми велосипедами,подруги оказались перед дверью из-за которойвыглядывала замурзанная мордашка девчушки летпяти.

Две комнаты, которые вот уже лет пятьдесятзанимала Софкина семья, никогда еще не были втаком убогом и удручающем состоянии. Отсыревшиеобои висели клочьями, на потолке через дыры зияладранка, пол скрипел немилосердно, а о том, что онкогда-то был паркетным, уже нельзя было дажедогадаться. Спертый воздух, развешенные вездемокрые пеленки, разбросанные убогие игрушки. Ещетри года назад Софка весело щебетала о том, чтоотдает дочку в хороший садик и они с мужемначинают копить деньги на приличное жилье.Господи, что случилось?

-Мужа уволили, их контору вообще разогнали, -сообщила Софка, торопливо и жадно разбираяпакеты с продуктами. – Сначала в ларьке торговал,я-то второй раз случайно залетела, а аборт былоделать поздно. Потом его и оттуда поперли, питьначал. После этого он вообще не просыхал – воттут-то это сокровище и образовалось.

Она встряхнула задремавшего было на ее рукахребенка, который тут же заорал.

-А теперь – что? – спросила оторопевшаяВалерия.

-А теперь я даже не знаю, где он. Как пишут вгазетах, «ушел из дома и не вернулся». Еще зимой, ятолько-только из роддома пришла. То ли замерзгде-то по пьянке, то ли убили, то ли простобомжует.

-Как же вы живете?

-А на детское пособие. Маловато, конечно, но чтоделать? Милке-то хорошо…

-Кстати, что с ней? – обрадовалась Валериявозможности сменить тему. – Я звонила, нигде незастала: дома нет, на работе сказали – уволилась.

-Она год назад уволилась. Появился богатыйпоклонник, обещал жениться, подарки дарил, апотом… проиграл ее в карты. И пошла Милочка порукам, а пару месяцев тому назад угодила подшальную пулю при каких-то разборках своихкавалеров с милиции. Я и говорю: ей хорошо, онаотмучилась. А я от этих куда денусь?

Было видно, что Софка хоть и рада приходушкольной подруге, но отчаянно стыдится убогостисвоего жилья, своего положения и вообще большевсего хочет, чтобы Валерия оставила их наедине ссодержимым пакетов. Даже для виду не спросила,как она, как в Москве, как муж. Впрочем,благополучие и ухоженность Валерии еще резчебросалось в глаза на фоне Софкиного житья-бытья.

Валерия сбежала от нее через полчаса, всучивстодолларовую купюру. Понимала, что вроде быоткупается, но… У нее своих забот было полно,заниматься чужими проблемами было простонекогда.

Она вышла на улицу и задумчиво направилась,куда глаза глядят. Посидели со старыми подругами,пошушукались. Да что за день такой, в концеконцов?! Или это со вчерашнего хвост тянется? Онадля порядка еще раз позвонила насчет завтрашнегоинтервью, получила от пресс-секретарши ещепорцию клятвенных заверений, что завтра, ровно вполдень, ее ждут, и не в офисе, а непосредственно вквартире Милены Семеновны, куда она после смертимужа вообще никого не приглашает, и так далее итому подобное. Значит, что-то до этойполитизированной куклы дошло. И на том спасибо.Но времени-то – шесть часов вечера, что прикажетеделать одной, пусть даже в городе, где родилась иходила в школу? В Петергоф или в Павловск ехатьпоздно, бесцельно шататься по городу не хочется,в театр попробовать попасть – так туда билетнужен, который просто так не добывается.

На полупустой в этот час Итальянской улице ейпопалась на глаза вывеска ресторана «Мама Рома».С Римом у Валерии были связаны исключительноприятные воспоминания, там они с Бобом провеличасть медового месяца. Да и поесть не мешало бы,пока народ не повалил во все кабаки подряд. Такчто Валерия решительно поднялась по двумступенькам к свежеотлакированной двери с двумяискусственными пальмами в кадках по бокам ивошла в вестибюль. Буквально через несколькоминут она поняла, что сделала исключительноправильный выбор.

Это действительно был маленький кусочекИталии: и обслуживание, и блюда, и улыбчивыеофицианты, которые хотя и говорили по-русски, нобольше ничем не отличались от своих заморскихколлег. После вкуснейшего телячьего эскалопа сосвежими овощами и кусочка персикового пирога,Валерия вновь почувствовала вкус к жизни иподумала, что напрасно принимает свою судьбу, какнечто данное и само собой разумеющееся. Онасчастливая женщина, черт возьми! По сравнению совсеми своими подругами и приятельницами – темболее. И уж лучше неверный муж, чем пропавший илипустивший свою подругу по рукам. Лучше одинкрасивый, умный и обеспеченный мужчина, чем сотнипоклонников Нины и вообще непонятно какая жизньКатьки.

И вообще, Боба надо как следует пропесочить ипростить. Но… в последний раз. Как говорится встарой присказке: «Первый раз прощается, второй– запрещается». Со вторым – женским голосом втелефоне, она еще разберется. А первый, кажется,уже склонна простить. В конце концов, еслинемного растормошить Боба в постели, ему вообщецены не будет. Нужно бы взять им обоим отпуск иустроить второй медовый месяц. А о детях она,пожалуй, больше с ним говорить не будет… пока.Слишком сильное впечатление на нее произвеламногодетность старинной подруги.

Когда ей принесли большую чашку кофе и креманкус тремя разноцветными шариками мороженого, оначуть не замурлыкала от удовольствия. Но сначаларешила продлить его – выкурить сигарету. И тутперед ее лицом возникла выхоленная мужская рукас дорогой импортной зажигалкой – явно не рукаофицианта. Валерия прикурила, подняла глаза,чтобы поблагодарить и… обомлела.

Перед ней был известнейший певец, концертыкоторого всегда собирали полные стадионы и залы,человек-легенда, о личной жизни которого никтоничего толком не знал, но изображения которого сгитарой периодически расклеивались на всехтумбах обеих столиц, чей голос ежедневно звучалпо радио, а изображение хоть раз в неделюпоявлялось в одной из телевизионных программ.

-Вы позволите? – спросил он, указывая глазами насвободный стул за ее столиком.

Валерия, как во сне, кивнула.

-Если я мешаю, только скажите – я исчезну, -предупредил ее неожиданный визави. – А если вамне докучает мое общество, то позвольтепредставиться…

-Не надо, — обретя дар речи, сказала Валерия. –Неужели вы думаете, Михаил, что вас можно неузнать? Меня зовут Валерия.

-Можно узнать, что такая красивая женщинаделает одна в нашем захолустье?

-Между прочим, я в этом городе родилась, -улыбнулась Валерия, — и прожила полжизни. Сейчас,правда, в командировке. Я журналистка.

-С ума сойти! — восхитился Михаил. – Вот ужникогда бы не подумал! Решил, что вы — фотомодельили актриса.

«Вот бы с кем сделать интервью, а не с моейкрасоткой-вдовушкой, — профессионально подумалаВалерия. – Только ведь откажется, онпринципиально интервью не дает, всем известно.Попробовать, конечно, можно».

-А вы не будете возражать, если мы отметим нашезнакомство бокалом хорошего вина? – спросилМихаил.

-При одном условии, — мило улыбнулась Валерия. –Если вы согласитесь дать мне интервью.

Михаил на секунду задумался, потом тряхнулголовой:

-Идет. Слово джентльмена. Завтра у менясумасшедший день, а вот послезавтра… Приходитена мой концерт, после него вас приведут ко мне вгримерку и вы получите ваше интервью.

-И все это – за удовольствие выпить бокал вина?– усмехнулась Валерия.

-Нет. За удовольствие провести с вамисегодняшний вечер. Так, как вы сочтете нужным.

«Что ж, Боб, я расплачусь с тобой твоей жемонетой. И потом прощу с легким сердцем», -подумала Валерия, а вслух сказала:

-Считайте, что мы договорились.

Михаил взял ее руку и изысканно-медленно поднеск губам.

продолжение следует…


Поделиться в соцсетях: Похожие


Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку, что разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных . Политика конфиденциальности