29.09.2019     0
 

Мне ее все-таки жалко


Мне ее все-таки жалкоИстория из жизниПосле того, как Наташин муж, подполковник, погиб в Чечне, жизнь для нее разделилась на две неравных половины: до и после. “До” была спокойная и обеспеченная жизнь с мужем, сотрудником Генштаба, спокойным, уравновешенным человеком, жизнь, в которой был только один недостаток: отсутствие детей. Усыновлять им как-то никого не хотелось, все надеялись родить своего, да так и не получилось. Устраивать из этого трагедию они не стали, решили, что бывают и бездетные вполне счастливые пары. А потом его послали в эту проклятую командировку. И началась жизнь “после”.

   После того, как Наташин муж, подполковник, погиб в Чечне, жизнь для нее разделилась на две неравных половины: до и после. “До” была спокойная и обеспеченная жизнь с мужем, сотрудником Генштаба, спокойным, уравновешенным человеком, жизнь, в которой был только один недостаток: отсутствие детей. Усыновлять им как-то никого не хотелось, все надеялись родить своего, да так и не получилось. Устраивать из этого трагедию они не стали, решили, что бывают и бездетные вполне счастливые пары. А потом его послали в эту проклятую командировку. И началась жизнь “после”.

В этой жизни были постоянные кошмарные сны отом, как она пытается вытащить мужа из подбитоговертолета прямо в воздухе, делая круги вокругстремительно падающей горящей машины, новытаскивает только ту урну с прахом, которую ейвручили с положенными по ситуации словами. В этойжизни была какая-то денежная компенсация, скоторой она решительно не знала, что делать,потому что желаний, как таковых, не было. И,конечно, была работа, главное достоинствокоторой заключалось в том, что туда не нужно былоходить каждый день. В институте, которыйзанимался театральными проблемами и некоторымидругими проблемами искусства, было дваприсутственных дня. Зарплату, правда, платилисоответствующую – только-только прожить, носпасали гонорары за статьи в одномспециализированном журнале. И еще –периодические пригласительные билеты на всякиепросмотры и прогоны. Все это осталось, толькоАлексея уже не было. А без него все это как-тотеряло оттенок осмысленности.

Наконец, кто-то надоумил Наташу приобрестикомпьютер и позаниматься на курсах. Все-такичто-то новенькое в жизни, да и владениекомпьютером не помешает. Сначала Наташа пугаласькаждого звука, издаваемого бледно-серойштуковиной, установленной на рабочем столе,потом попривыкла, потом убедилась, что с помощьюэтой хитрой машинки можно в два, если не в трираза ускорить работу по написанию статей. Потомпристрастилась к пасьянсам и всяким немудреннымигрушкам.

— У вас есть электронная почта? – спросили еекак-то в одном издательстве. – Нет? Вы страшноотстали от жизни, это же так удобно – иметьИнтернет. Можно не только тексты пересылать, новообще получить массу удовольствия. Самые свежиеновости, прогноз погоды, сайты всякие занятные.Поставьте, не пожалеете.

Наташа не совсем понимала, что такое “сайт”, ноидея с Интернетом ей понравилась. Еще бы: скольковремени можно сэкономить на поездках. Нажал парукнопок и никаких проблем. Объявлений омгновенном и дешевом подключении была масса,Наташа выбрала первое попавшееся и очень скороновая игрушка стала совершенно неотъемлемойчастью ее жизни.

Про сайты она тоже довольно быстро все узнала, ивдоволь налазившись по ним, решила попробоватьнайти себе друга по переписке. Благо и такиеуслуги Интернет обеспечивал. Правда, приходилосьзаполнять что-то вроде анкеты, в том числе, и суказанием возраста, что было не слишком-топриятно. Само же объявление было предельнопростым: “Ищу друзей для интеллектуальногообщения”. В действенность этой авантюры Наташане верила ни капельки, но… почему бы непопробовать? Теперь это, оказывается, модно:народ не только переписывается и общается вовсяких чатах, но и по-настоящему знакомится,влюбляется и даже женится. Правда, в Интернете же,как бы понарошку, но все равно – занятно.

Изумлению Наташи не было предела, когда наследующий вечер в ее почтовом ящике оказалось ажпять электронных сообщений. Правда,интеллектуальное общение по переписке привлеклотолько одного из пяти (он жил не в России и вближайшее время туда не собирался), остальные женамекали на разумность личного знакомства ипросили прислать фотографию в качестве залогатакового знакомства.

Как послать фотографию по Интернету, Наташа незнала, да и не собиралась этого делать. Поэтомуответила только на письмо заграничногокорреспондента, тем более, что в отличие отостальных, оно было написано хорошим языком и безошибок. То есть база под интеллектуальнуюпереписку как бы имелась.

Второй день принес еще полдюжиныписем-предложений о встрече, причем некоторые,признаваясь, что им – где-то в районе двадцатилет, довольно точно описывали, как они себе этусамую встречу представляли. Ни “Эммануэль”, ни“Основной инстинкт” в перечень любимых Наташейфильмов не входили, поэтому она и отвечать нестала, разумно рассудив, что любители такогодосуга уж как-нибудь себе партнера сыщут.

А на третий день было только одно новое письмо,не считая прелестного описания заграничногокорреспондента особенностей места его нынешнегопроживания. И в этом новом письме мужчина,назвавшийся Алексеем, написал то, что Наташукаким-то образом “зацепило”.

“Здравствуйте, Наталия!

Мне ужасно понравились Ваши ответы на дурацкиевопросы анкеты на сайте. Я не решился сам там“повеситься”, потому что отвечать во всех этихреквизитах всерьез – это полный идиотизм (я имеюв виду — для мужчины), а написать так, как Вы – я бы,наверно, не сумел. Ну, а строить там себепомпезный мемориал с архитектурнымиизлишествами (наполовину закрытыми рекламнымищитами с изображением себя, любимого) в видесочинения на свободную тему “Какой я хороший иудивительный!!!” и выставлять его для всеобщегообозрения – вот это, по-моему, всем дурям дурь…

Мне 44 года, я женат и в настоящее время в среднемтемпе метаморфизирую в холостое состояние.Поскольку я ярко выраженный Стрелец (со всемиположительными и особенно отрицательнымикачествами, чертами и повадками), то мне совсемплохо без тепла и общения с доброжелательнымчеловеком.

Я не занимаюсь поисками любовницы и ни на чтоособенное не претендую. Полагаю, что я достаточновоспитан для того, чтобы не навязывать своеобщество даме, если она не высказывает восторгапо данному поводу. И конечно, я вовсе не обижусь,если Вы просто не ответите.

Алексей”.

Наташа ответила. Больше всего ее заинтриговалатаинственная фраза: “В настоящее время в среднемтемпе метаморфизирую в холостое состояние”. Иеще понравилось, что человек, в отличие многих имногих не ищет любовницу, а просто хочетчеловеческого тепла. Это было так созвучно еесобственному настроению.

В общем, переписка завязалась: каждый деньНаташа находила в почтовом ящике новое письмо отАлексея и аккуратно на него отвечала. Письма былипрелестные, даже изысканные, написанные так,словно их готовили для печати. О будущемразговора не было, о личной встрече Алексей и незаикался, наоборот. Просто писал о своихпроблемах с максимальной степеньюоткровенности. И это тоже подкупало.

“Метаморфоза в холостое состояние означаетлишь то, что мой брак, который вот уже лет пять невыходит за фиолетовые рамки печати в паспорте,хочет эти рамки разорвать и перестать бытьбраком. Я не знаю, почему мы поженились.Побудительные мотивы другого человека всегдапредставляются кристально ясными и понятными, имне кажется, что моя жена вышла за меня замужпотому, что хотела этим наказать своего парня,который тогда от нее отвернулся. Я все это узнал ипонял позже – я всегда догонял такие ситуации струдом.

Читайте...
Тушеная картошка с мясом в мультиварке поларис - рецепт с фото

Нормальный человек сказал бы прямо: я хочу уйти,развестись с женой и построить свою жизнь заново.А я вот начал плести словесные кружева – несудите меня строго, я ведь по первому образованиюфилолог.

Видео: Мне её жалко…

Мы с Вами, скорее всего, никогда не встретимся,поэтому мне проще загрузить Вас своимипроблемами в письме – в глаза я бы, наверно, эторассказывать не стал”.

Наташа сама не поняла, в какой момент сталачувствовать к автору этих писем нечто большее,чем просто дружескую приязнь. Возможно, свою рольсыграло то, что ей отчаянно нужно быловыплакаться-выговориться, а делать это на людяхона не любила. А тут – мираж, фантом, электронноевоплощение человека, которому можно написатьвсе-все, например, о том, какая выжженная имертвая пустыня прочно поселилась в ее душе. Иполучить в ответ сочувствующе-ободряющее:

“Разве в Вашей душе пустыня, Наташа? Я скорееготов поверить в пепелище, но говорить, что напепелище не растет ничего – это значитиздеваться над здравым смыслом. Да именно напепелище и вырастает все еще зеленее, ещекрасивее и сочнее, чем раньше. Все сгорело? Значитвысохло, значит пора было ему сгореть. Теперьпусть только упадет зерно, пусть только сверхукапнет дождь – Вы и ахнуть не успеете (не успеетесказать: “Джек Робинсон”, как говорится ванглийских сказках), как все прорастет,зазеленеет и зацветет. Да Вы от одного запахаодуреете, как после стакана коньяка. Даже может ипротив Вашего явного желания. Но уж тогда будьтеуверены – в полном соответствии с желаниемтайным и невысказанным самой себе”.

Роман в письмах развивался стремительно. Ужеобоим было ясно, что и личная встреча состоится всамое ближайшее время. Уже обменялись телефонамии почти каждый вечер беседовали почти по часу:Алексей специально задерживался на работе радиэтих бесед. Иногда у него прорывалось совсем ужоткровенное:

“Я все равно думаю о Вас, даже если не выражаюэто словами, и самая частая мысль — а что же будетдальше? Не отвечайте, даже если Вы знаете ответ”.

Что она могла ответить, если сама ничего непонимала? Всю жизнь она брезгливо сторониласьсвязей женщин с женатыми мужчинами, считала этобезнравственным, а для себя самой совершеннонеприемлемым. И вот теперь ведет долгиеразговоры и переписывается на все более и болееинтимные темы с человеком, который женат – что быон там ни говорил насчет пятилетней фикции этогобрачного союза. Живет с женщиной в однойквартире, спит в одной постели, ведет, какговорится, совместное домашнее хозяйство. В этомраскладе Наташа для себя места не находила. Судяпо всему, Алексей – тоже.

“Знаете, Наташа, мне ведь очень хочется с Вамвстретиться. И поцеловать мне Вас хочется невиртуально, а просто — так, как обычно целуютженщину, которая очень нравится. Я не знаю, что снами будет. Меня останавливают мои нерешенныепроблемы. Я не хочу забивать ими Вашу умнуюголовку. Я дразню и себя и Вас, а мужчина такпоступать не должен. Когда мужчина решаетпроблемы своей подруги, то это нормально иестественно, но вот совсем уж недостойно вешатьна женщину свои заботы, пусть даже и косвенно. Мыобязательно встретимся, милая Наташа, я придумаю,каким образом. Мне действительно хочется Васувидеть”.

Разумеется, они встретились. Просиделинесколько часов в маленьком кафе в центре. Ипоняли, что искали друг друга всю жизнь и просточудом нашли. Им вообще не хотелось расставаться вэтот вечер, но оба понимали, что это нереально.Что придется ждать следующих выходных, чтобыпровести вместе несколько упоительных часов. Новсе равно оставались электронная почта ителефонные разговоры.

“Очень хочется расслабиться, просто выпитьнемного вина и посидеть, ни о чем не думая. Мыкогда-нибудь вообще в этой жизни сделаем этовместе, а? Но я все равно, даже в часы напряженнойработы очень часто вспоминаю о Вас. Нашиотношения перешли на новую ступень, виртуальнаяженщина обрела плоть и кровь, я гладил ее по щеке,я вдыхал запах ее волос, ее тело было совсемрядом, совсем близко. Я поцеловал ее — о, это былочудесно. И странно — я теперь не могу уже говоритьс Вами так, как говорил раньше. Какой-то новыйбарьер вдруг возник между нами. Он совсемневысокий, я могу протянуть руку поверх него икоснуться Вас”.

Им было невероятно хорошо друг с другом, нокогда Наташа робко предложила остаться до утра, ане уходить на ночь глядя, Алексей сухо сказал, чтоэто совершенно невозможно. Пока. Пока он не готовпросто хлопнуть дверью и уйти на ночь, чтобыпотом врать и придумывать какие-то оправдания.

— Понимаешь, малыш, мы с женой прожили 20 лет, и заэтот период было всякое. Понятно одно — прошлогоне вернешь. Я беру на себя всю вину за то, чтопроизошло, за то, что мы вот уже несколько летперестали быть любовниками. Я понимаю, что насамом деле в этом всегда бывают виноваты двое.Мне совершенно не хочется вступать в обсуждениястепени вины каждого — в конце концов, я мужчина идолжен был эту ситуацию предотвратить. Но япроявил слабость, поплыл по течению, значит,виноват.

— Ты же сам только что сказал, что виноваты оба, -тихо заметила Наташа.

— Я мужчина, значит, виноват больше. Но мы все жеостаемся хорошими друзьями — по крайней мере, я.Что же касается жены, то она, вроде бы и понимаетвсе, а с другой стороны, как только я делаюсовершенно закономерный с моей точки зрения и сточки зрения здравого смысла шаг, — устраиваетмне сцену. Вроде бы и объяснять нечего, уже нечувствуем друг к другу ничего…

— Ты в этом уверен?

— Увы! Можно подумать, что я что-то вроде еезаместителя на работе или мы с ней одного пола.Очень многие пары перестают быть любовникамипосле пары десятков лет семейной жизни. Нотеплые, ласковые, нежные отношения все жеостаются. У нас ничего уже этого нет. Но кактолько мой уход стал реальностью — начинаетсятакой прессинг, как будто мы живем, захлебываясьсексом и счастьем, а тут вдруг я встаю и говорю:“Ну, все, я пошел…”.

— Но это действительно не метод…

— Это не метод, это пример того, что как быпроисходит, когда мы еще разговариваем друг сдругом. И ведь оба понимаем, что порознь будетлучше обоим, что я не ее тип, что толькосовместная борьба за выживание могла нассоединить и держала вместе эти годы.. Мне все жеее жалко…

Читайте...
Как выбрать косметику для детей

— Почему? – изумилась Наташа. – За что ее-тожалеть? Сам говоришь, она днюет и ночует наработе, получает в десять раз больше тебя, вобщем, в жизни неплохо устроена. Нет?

— Она совсем одна в Москве. Мы ведь сюда толькосемь лет назад приехали. С работой ей простоповезло, а в остальном мне она иногда кажетсямаленьким ребенком в темном лесу. Уйду – а она ссобой что-нибудь сделает… Уже намекала…

— Те, кто действительно собирается… ну, в общем,они об этом не говорят. Смахивает на шантаж. Да изачем ей тебя терять: ты и продукты покупаешь, истираешь, и гладишь, и квартиру убираешь и всепочинить можешь. Клад, а не муж.

— В том-то и дело, что фактически я ей не муж. Ятебя ощущаю своей женой, правда, правда. Но делодаже не в этом. Я хочу просто уйти. Уйти к себесамому, а не к кому-то. Я никогда не потребую у неесвоей доли жилья и ни копейки денег, и жизнь своюя начну сначала. Но уйти на всю ночь к женщине ясмогу только тогда, когда буду пусть не формальноеще, но хотя бы физически свободен. Я буду простоникакой, если в перспективе у меня будетвозвращение наутро домой, а там — какое-нибудьвранье? Это просто глупо. Прямо сейчас я не готовуйти.

Видео: Боже Как её жалко

— Дорогой мой, об этом никто и не говорит. Ясовершенно не хочу покушаться на твои планы, твоюсвободу.

— Знаю, малыш. Думаешь, мне самому не хочетсяостаться здесь, совсем? Еще как хочется! Ты оченьнежная, ласковая, милая… Моя супруга никогда небыла такой. Это мягко говоря. На самом деле, я дажесомневаюсь, знает ли она хотя бы некоторые из них?Хотя, опять же, это вина мужчины, который рядом сней, меня то есть.

Два месяца спустя Алексей сообщил, что подалзаявление о разводе. Процесс таким образом пошел.Теперь нужно только снять какую-нибудь квартируили комнату – и начать жизнь сначала. С чистоголиста. Но радости в голосе при этом сообщении небыло. А через некоторое время в квартире Наташираздался телефонный звонок. Уверенный, дажеочень уверенный женский голос попросил ктелефону Наталью Евгеньевну.

— Слушаю вас, — сказала Наташа, не испытываяникаких тревожных предчувствий.

— Меня зовут Алла Сергеевна. Я жена Алексея. Ихотела бы поговорить с вами откровенно.

— Я слушаю вас, — опустилась на стул Наташа,почувствовав, как ноги мгновенно стали ватными, аголова закружилась.

— Мне все известно о ваших отношениях, — ледянымголосом продолжила дама в телефоне. – Алексейсовершенно не умеет врать. Он может тольконедоговаривать. Вы, наверняка, в курсе, что мыподали заявление на развод. Так вот я разочаруювас, милочка: это произошло не потому, что мой мужрвется получить свободу и жениться на вас. И онпрекрасно это понимает, потому что в противномслучае сына он больше не увидит, а к мальчикуочень привязан. Так что не стройте радужныхпланов. Вы ведь вдова? Вот и вдовейте себе дальше.

— Но я и не думала о замужестве, — попыталасьзащититься Наташа. – Нам просто хорошо вместе…

— Избавьте меня от лишних подробностей, -отчеканил голос в телефоне. – Мы разводимся длятого, чтобы получить две квартиры вместо одной.Наш сын скоро вырастет, ему понадобится свояжилплощадь. Наш дом попал в план сноса, вближайшее время это произойдет. А в нашейтеперешней квартире формально будут жить двесемьи, а не одна. Потом, когда квартиры будутполучены, мы снова зарегистрируемся. Я несобираюсь быть разведенкой. Так что подумайтехорошенько, если какие-то планы строите. Мужа явам не отдам. Могу на работу к вам прийти,порассказывать вашим коллегам, как вы семьюразбиваете. Хотите?

— От меня-то вы что хотите? – устало спросилаНаташа. – Чтобы я прекратила отношения с вашимсупругом?

— Хочу, чтобы вы четко представляли себеситуацию. Возможно, какое-то время вы еще будетевстречаться. Но Алексей – человек увлекающийся,влюбчивый, вы далеко не первая его московскаяпассия. Меня эти глупости не интересуют, но нашбрак всегда останется абсолютнойобъективностью, нравится вам это или нет. В любомслучае, Алексей ночевать должен дома, иначе сынзаподозрит неладное, а психику мальчику ятравмировать не позволю. Вы все поняли?

— Все, — еле слышно сказала Наташа. – Вашиинтересы превыше всего и если кто-то на нихпосягнет, то пожалеет. Вы пойдете, как танк, иобязательно победите.

— Разумеется, — откликнулась ее собеседница иположила трубку.

И эту даму с ледяным голосом и абсолютнымотсутствием эмоций Алексей считает беспомощнойдевочкой-провинциалочкой, которая немедленнопогибнет без него или наложит на себя руки? Что-топлохо в это верится.

Ночью Наташе впервые в жизни стало плохо ссердцем. “Скорую” она еще успела вызвать, такчто отделалась недельным пребыванием в больнице.И все время ждала, что вот-вот откроется дверьпалаты и появится Алексей. Он же навернякабеспокоится, куда она делась. Должен, во всякомслучае, беспокоиться…

Дома ее ждало письмо в электронной почте.Одно-единственное за всю неделю.

“Я глубоко виноват перед тобой, малыш. Но жизньсложная штука. Ты и сама, наверное, почувствовала,что что-то происходит и происходит не так.Возможно, это пройдет и все восстановится. Нопока я должен взять тайм-аут и успокоиться. Аглавное, успокоить жену, которая, по-моему,держится из последних сил. Я нужен ей, а тыженщина сильная, за тебя я в общем-то спокоен.Прости меня и не грусти. Я обязательно как-нибудьтебе позвоню”.

Наташа даже не заплакала. Все было понятно. Онапомогла пережить сложный период, заполнила тотдефицит “человеческой теплоты”, о которомАлексей писал ей в одном из первых писем. А теперьу него другое настроение, другие дела, возможно,даже другая женщина.

“Ну, и пусть, — думала Наташа, ворочаясь без снауже не первую ночь. – Навязываться я несобираюсь. Проживу. Странно, он считает, что ясильная женщина, а его мадам – белый, пушистый, неумеющий жить зайчик. Каким секретом обладаюттакие женщины? Как им удается замаскироватьброню и гусеницы воланчиками и разнымикружевами? И деликатность им неведома, прутнапролом, как танки, действительно, через любуюгрязь. Я бы так не смогла. Да я и не могу…”

Видео: Мне реально жалко её стало:D .-.

Да, мы, столичные жительницы, так не можем. Мыслишком избалованы льготными стартовымиусловиями жизни. Мы не воины, не бойцы, мы простоженщины.

Сильные женщины, которые, к сожалению, слишкомчасто плачут в одиночестве у окна. Не потому, чтоим жаль себя, а потому, что их никто не жалеет.

Видео: И все таки я люблю 1-2 серии Мелодрама,семейная сага

Странно, все-таки устроена наша жизнь.


Поделиться в соцсетях: Похожие


Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку, что разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных . Политика конфиденциальности