29.09.2019     0
 

Она без меня погибнет


Она без меня погибнетИстория из жизниАнне Васильевне было за сорок и никаких особых иллюзий насчет устройства личной жизни она уже и не питала. Муж уехал работать за границу, все обещал устроиться и вызвать ее к себе, да так и не вызвал. Хотя устроился неплохо: быстро оформил развод, женился на местной даме не без средств и теперь вовсю занимался бизнесом.

   Анне Васильевне было за сорок и никаких особых иллюзий насчет устройства личной жизни она уже и не питала. Муж уехал работать за границу, все обещал устроиться и вызвать ее к себе, да так и не вызвал. Хотя устроился неплохо: быстро оформил развод, женился на местной даме не без средств и теперь вовсю занимался бизнесом.

Это Анна Васильевна пережила безособых стрессов, хотя, конечно, веселого в ееположении было мало. Работала редактором в почтипроцветающем книжном издательстве, гдесотрудникам платили вовремя и неплохо, во всякомслучае, ей и сыну-студенту вполне хватало наотносительно безбедную жизнь. К тому же мальчикоказался талантливым, с пятого курса былотправлен на стажировку в Германию, да так там иостался, натурализовавшись, по примеру отца, спомощью женитьбы на сослуживице-немке.

Это было более чувствительным ударом,потому что Анна Васильевна отдавала себедостаточно трезвый отчет: сына она теперь будетвидеть крайне редко, да и то, если он сам этогозахочет. Или если ей удастся накопить достаточноденег, чтобы позволить себе недельную поездку вГерманию для знакомства с невесткой и внуками.Именно в это время у нее появилась стойкаяпривычка пить на ночь снотворное, в сумочкеносить валидол, а валеринку включить в“ежедневное меню”.

Коллеги и сочувствовали, и завидовали.Сама себе хозяйка, обслуживать никого не надо,денег на жизнь хватает, на работе ценят. Особоучастливые советовали завести какую-нибудьдомашнюю живность: собачку, например, или, лучше,кошку. Кошка была лучше собаки только потому, чтоее не нужно было выгуливать два раза в день, но итолько. Но Анне Васильевне не хотелось ни собаки,ни кошки. Ни даже канарейки или рыбок. Временамией хотелось буквально выть от тоски в своейуютной квартирке с прекрасной библиотекой,роскошным, почти новым телевизором свидеомагнитофоном и музыкальным центром. Авременами просто не хотелось жить, хотя о такихее настроениях никто не догадывался: “держатьлицо” Анна Васильевна умела. Так что сочувствиеколлег закончилось быстро, а зависть непроходила: элегантная, ухоженная, уверенная всебе, все еще красивая женщина явно не нуждаласьни в какой жалости, а просто замечательноустроилась в жизни. Всем бы так.

Были, конечно, и поклонники. Но то лиАнна Васильевна была слишком разборчива, то ли еене устраивала современная манера ухаживать:напроситься в гости, оглядеться и попытаться тутже затащить хозяйку в койку. Никому в голову неприходило пригласить в театр или в кафе, наконец.И уж совсем разили наповал планы тех, комуглянулись в одинаковой степени и квартира ихозяйка. Вывод был один: женимся, живем здесь, моюберлогу сдаем, деньги откладываем на черный день.Такие перспективы не рисовали только те ухажеры,которые уже имели в своей квартире вполнезаконную жену. Эти искали спокойную,неприхотливую любовницу, с которой можно времяот времени “отвести душу”. К такой роли АннаВасильевна была решительно не готова. Домапосидеть она и одна могла, а если душа жаждалапрекрасного, то можно было пойти в театр или наконцерт со старинной приятельницей, которая тожежила одна, но не из-за развода, а из-за того, чтомуж, после двадцати лет сносного, хотя ибездетного брака, погиб в глупейшемдорожно-транспортном происшествии: пьяныйводитель наехал на автобусную остановку.

Но в один прекрасный день всепеременилось. Коллеги с изумлением увидели вглазах Анны Васильевны прежний блеск, она как быдаже помолодела, стала еще больше следить засобой и время от времени вела какие-тотаинственные переговоры по телефону, явно не савтором. Коллектив подумал и сделал правильныйвывод: “Наконец нашла себе нормального мужика”.

Увы, они не знали того, что “нормальныймужик” был давно и прочно женат. С АннойВасильевной они встретились на книжной ярмарке,обсудили кое-какие литературные проблемы,приятно удивились совпадению своих вкусов,продолжили дискуссию в маленьком ресторанчике, апотом новый знакомый, который представилсяВладимиром Николаевичем, предложил отвезти АннуВасильевну домой. И не просто в собственномавтомобиле, а на черной “Волге” с шофером и дажесо спецсигналами. Такую роскошь он объяснилочень просто: хозяину крупного охранногоагентства нужно держать марку. А он именнохозяин, и ко всему прочему, генерал в отставке.

Владимир Николаевич не попросилнапоить его кофе и вообще не сделал ни единойпопытки проникнуть в квартиру своей новойзнакомой. Просто дал ей свою визитную карточку ипопросил об ответной любезности, каковую иполучил. Вот после этого и начались те загадочныетелефонные звонки, которые так заинтересоваликоллег Анны Васильевны.

Роман проистекал стремительно и несказать, чтобы уж очень банально. Почти каждыйдень Владимир Николаевич заезжал к концурабочего дня за Анной Васильевной и вез вкакой-нибудь ресторанчик. Букеты роскошных роз вдоме просто не переводились. Довольно скоро изресторанчика стали приезжать к Анне Васильевнедомой, со всеми проистекающими отсюдапоследствиями. А затем было признание в пылкойлюбви и… предложение руки и сердца.

— Но ты же женат… — растерялась АннаВасильевна.

— Просто нужно время, чтобы развестись.И есть только одно “но”. Моя супруга настольконеприспособлена к жизни и беспомощна, что ябоюсь, без меня она просто погибнет. Нужно все какследует обдумать, как сделать так, чтобы онапотеряла минимум в связи с разводом. Ей, бедняжке,и так несладко придется: профессии нет, в Москвумы перебрались лет семь тому назад, подруг –никаких, все родственнике живут в Липецкойобласти.

Читайте...
Лечение флюса на десне народными средствами, дома

— Конечно, — тут же “вошла в положение”Анна Васильевна, — не стоит пороть горячку. Но онаведь, наверное, догадывается…

— Догадываться она может сколькоугодно. К счастью, у меня такая работа, что ябесконечно в разъездах, могу иногда месяцамиобследовать филиалы в других городах. Для нас стобой это очень удобно.

“Было бы очень удобно, — подумала тогдаАнна Васильевна, — если бы ты не носил с собой всевремя этот чертов мобильный телефон”.

Судя по голосу, слишком частодоносившемуся из трубки, Владимир Николаевичсвою супругу, мягко говоря, идеализировал: голосвполне мог принадлежать какой-нибудь торговке нарынке, привыкшей командовать грузчиками. Азвонила генеральша практически каждый час, еслине чаще, и, судя по всему, не прочь была устроитьмини-скандальчик прямо по телефону. Выключатьаппарат на время общения с Анной ВасильевнойВладимиру Николаевичу и в голову не приходило,точнее, он почитал “отключениеправительственной связи” слишком явнымдоказательством своей супружеской неверности.

А время шло, ни на миллиметр неприближая развитие событий к разводу ипоследующему бракосочетанию. Теперь ВладимирНиколаевич все чаще “вызванивал” АннуВасильевну в обеденный перерыв поближе к своемуофису, и основное общение происходило внебольшом, мало кому известном, хотя и элитном,кафе. Потом шофер вез Анну Васильевну на работуили домой. Правда, звонил Владимир Николаевич понесколько раз в день, но разговоры становилисьвсе короче и короче.

— Она хотела покончить с собой, — мрачнозаявил Владимир Николаевич в один из своихредких вечерних приездов к возлюбленной. Явернулся поздно, а она лежит на кухне безсознания…

— Таблетки? – холодея от ужаса спросилаАнна Васильевна.

— Нет, просто выпила целиком бутылкуводки. А она ведь практически не пьет.

Анна Васильевна проглотилапросившуюся на язык фразу о том, что так с собойне кончают, так начинают спиваться. Илипродолжают, если процесс был когда-то ужезапущен. Вне всякой логики ей было жалко своюсоперницу, которая, как ни крути, прожила с мужемоколо тридцати лет, моталась с ним по всякимгарнизонам, пока не осели в Москве идействительно была абсолютно одинока. Посколькудетьми этот брак Господь не благословил.

— Может быть, ее нужно положить вневрологическую клинику? – робко предложилаАнна Васильевна.

— Она не хочет. Но я что-нибудь придумаю,не беспокойся.

Легко сказать: “не беспокойся”, когдаречь идет о жизни и здоровье женщины, состояниекоторой не могло не отражаться на ВладимиреНиколаевиче, а значит, опосредованно, и на ней,Анне Васильевне. И как можно было не волноваться,если вдруг, вместо запланированной совместной“командировки-отпуска” Владимира Николаевича,о которой они уже давно мечтали (точнее, мечталаАнна Васильевна) появилась необходимостьнедельного пребывания вместе с супругой вподмосковном санатории. Оттуда даже позвонитьбыло невозможно, генеральша не отходила от мужани на шаг. За эту неделю Анна Васильевнаобнаружила у себя первые седые волосы и первыеявные признаки невроза.

Конец этой истории приблизила самаАнна Васильевна, которая, на свое несчастье,влюбилась в Николая Владимировича без памяти. Апоскольку встречи становились все короче икороче, то она стала писать возлюбленномудлинные романтические письма, высказывая в нихвсе то, что не успевала сказать принепосредственном общении. Одно из таких писем –неподписанных, естественно! – обнаружилагенеральша при очередной ревизии кармановсупруга.

Для Анны Васильевны это было тройнымпотрясением. Во-первых, она не могла понять, какможно унизиться до обыска. Вот просто так взять иобшарить все карманы. Во-вторых, их роман сВладимиром Николаевичем оказалсярасшифрованным – теперь генеральша точно знала,кто ее соперница-разлучница. Как это можно былоопределить по пусть и любовному, нонеподписанному письму, понять так и не удалось,но Анна Васильевна подозревала, что ВладимирНиколаевич не выдержал допроса с пристрастием и,как говорится в определенных кругах,“раскололся”. Не такой уж хрупкой и беспомощнойоказалась генеральша. И не такой уж непрактичной:через несколько дней на имя директораиздательства пришло письмо, в которомсодержалось категорическое требование:разобраться с сотрудницей, которая ведетаморальный образ жизни и норовит разбитьздоровую семью.

Видео: Художественные фильмы

Слава Богу, времена у нас уже не те.Анна Васильевна лишь выдержала получасовую“отеческую нотацию” директора, который не безудовольствия разбирал подробности “аморалки”,но вовсе не собирался принимать какие-токардинальные меры: работа Анны Васильевны былабезупречна и расставаться с ценным кадром из-засомнительности ее морального облика даже и недумал. Ведь не в своем же собственном коллективешашни завела! А остальное – ее личное дело,только он, директор, рекомендовал бы ей вестисебя поосмотрительнее и поводов к таким письмамне давать. Не девочка ведь уже…

Вот именно, что не девочка. АннаВасильевна, выйдя из руководящего кабинета,чувствовала себя облитой помоями с ног до головы.А когда выяснилось, что за считанные часыпикантная новость облетела уже все издательство,почувствовала себя так скверно, что коллегампришлось вызывать для нее “Скорую”. Неделюпосле этого Анна Васильевна провела набольничном, причем не формально, а действительнобольная. За это время Владимир Николаевичпозвонил только один раз и обещал обязательноприехать. И приехал… накануне того дня, когдаАнне Васильевне нужно было возвращаться наработу.

— Анечка, мне самому неприятно, что такполучилось. Но пойми и ты: больная женщина,истеричка, климакс опять же. Я даже не знаю, какона могла вычислить место твоей работы.

— Вот это как раз понятно: “стукнул”кто-то из твоих сотрудников. Думаешь, на твоейфирме никто ни о чем не догадывается? Да и я парураз в самом начале там появлялась.“Засветилась”, так сказать.

— Ерунда! Ко мне тысячи людей ходят…

— Не считай своих сотрудников глупеесебя, — устало вздохнула Анна Васильевна. – И несчитай свою супругу такой горлицей беззащитной.Она с чем угодно способна справиться, пойдетвперед, как танк.

— Я понимаю, ты обижена, тебе тяжело,поэтому ты не справедлива. Это ты сама можешьсправиться с чем угодно. Ты же очень сильнаяженщина…

Читайте...
После чистки лица появились прыщи: причины – лечение – советы - видео

— Я? – искренне поразилась АннаВасильевна. – Я сильная женщина? Ты шутишь!

— И не думаю. Знаешь, малыш, нам нужно накакое-то время перестать встречаться, пустьстрасти утихнут. А я тем временем подготовлю своюсупругу к неизбежности развода. Да и о жилье длясебя мне нужно позаботиться, квартиру я, конечно,оставлю ей, тут вопросов нет.

Все было правильно, все было логично,но какое-то внутреннее предчувствие беды неоставляло Анну Васильевну. Владимир Николаевичдаже не звонил, на один ее робкий звонок намобильный телефон ответил довольно резко, давпонять, что занят, а других попыток она не делала.На работе все постепенно улеглось, посколькусвежего материала для сплетен не поступало.Только нервы оставляли желать лучшего: неврозперешел в стойкую депрессию и слезы лились как-тосами по себе.

“Сильная женщина плачет у окна”, — снекоторым сарказмом вспоминала она иногда словаиз песни Пугачевой. Какая же она сильная? Она втысячу раз слабее и беззащитнее этой самойкошечки-генеральши, неужели Володя этого непонимает? Чем же она его держит? Ведь ни разупо-настоящему доброго слова о ней не сказал, явноне любит. Жалеет? А ее, Анну Васильевну, почему нежалеет? Наверное, потому, что тоже не любит. Или…просто боится неприятностей.

Наверное, за свою любовь нужнобороться. Но как? С кем? Она не находила ответов наэти вопросы. Ответ пришел сам, откуда она его и неждала.

Как-то в издательской курилке онаоказалась случайной свидетельницей разговорадвух молодых секретарш. Те взахлеб обсуждаликакую-то сенсационную для них новость и даже необратили внимание на то, что в курилке уже неодни.

— Ксюхе-то как повезло! Всего без годунеделя, как из своего Мухосранска прикатила, атеперь – на тебе! Госпожа генеральша! Ловкомужика окрутила, хотя способ старый, как мир.Секретарша забеременела от шефа! Даже не смешно.

— Так шеф вроде бы женатый..

— Еще как женатый… был! Мнерассказывали, у него какой-то серьезный романобразовался, так его мадам так пассию своегосупруга шуганула, что та чуть в Кащенко неугодила. Такая, знаешь, интеллигентная дама,Ксюха рядом с ней дешевка-дешевкой.

— Зато с генеральшей справилась так,что та даже квартиру разменять согласилась.Нашла коса на камень… Нет, в провинции кадрывсе-таки крепче…

Девчонки, пересмеиваясь, убежали посвоим делам, а Анна Васильевна осталасьбуквально окаменевшей. Очнулась только тогда,когда сигарета, догорев почти до фильтра, сталаобжигать пальцы. Конечно, это просто совпадение,мало ли в Москве генералов. Или…

Вечером, презирая себя за слабость, онапозвонила помощнице Владимира Николаевича,которая ей в свое время даже симпатизировала. Ужта-то, безусловно, в курсе. И Наталья Федоровна необманула ее надежд:

— Да, взяли на работу секретаршейкакую-то свиристелку. Ну, может, и хорошенькая –за краской не разглядишь. Ножки, попка и грудь,как у Мэрлин Монро. Мужики наши специально вприемную заходили, чтобы на нее посмотреть. А она,видать, нацелилась на самый верх.. Ну, ВладимирНиколаевич не святой, сама знаешь. А через двамесяца эта красотка ему говорит: так мол и так, яот тебя беременна, об аборте речи быть не может ивообще нужно официально оформить отношения. Онхотел, по-моему, увильнуть, но ребенком она егокрепко прижала. Кто-то стукнул генеральше, тапримчалась, устроила дикий скандал, до драки делодошло. Победила, как ты догадываешься, молодость.За месяц она их развела, за второй – квартируразменяла…

— Он же собирался квартиру женеоставить, — вырвалось у Анны Васильевны.

— Так ему Ксения и позволила! Теперьбывшая генеральша кукует в однокомнатной где-тов Бибирево, а молодые двухкомнатную “сталинку”в центре обживают. Ксения уже в декрете, так чтошеф только о будущем ребенке и говорит.

Наталья Федоровна помолчала немного идобавила:

— А ведь он тебя любил, я знаю. Только неумеешь ты за себя постоять. Одно слово –москвичка.

Видео: Коллекция лучшего кино

— Я же сильная женщина! – горькоусмехнулась Анна Васильевна. – Справлюсь.Новая-то жена, чай, беспомощнее котенка. Позамашкам видно. Ну ладно, спасибо за информацию.Не говори шефу, что я звонила, ладно?

Конечно, Наталья Федоровнапроговорилась. Потому что через несколько днейпозвонил сам Владимир Николаевич и предложилвстретиться “на нейтральной территории”.Просто посидеть после работы в каком-нибудь кафе.По ее выбору. Анна Васильевна от предложения былане в восторге, но еще больше ее огорчило то, чтоона на него согласилась.

Видео: Ханна — Без тебя я не могу (Премьера клипа, 2016)

— Ты пойми, малыш, — тихо говорилВладимир Николаевич, нервно крутя в руках рюмку сконьяком. – Ну, сглупил, мужик ведь, не бревно. Атут – ребенок. Мне всю жизнь сына хотелось. Ну,хотя бы дочку. Да и сама Ксана еще дитя малое,пропадет она в Москве без надежной поддержки. Онабез меня не справится…

— А я? – бесцветным голосом спросилаАнна Васильевна. – Я без тебя справлюсь?

— Ты сильная женщина, Анечка. Простименя, пожалуйста. Так жизнь сложилась…

“Крикну – а в ответ тишина, снова яостанусь одна. Сильная женщина плачет у окна…”-снова вспомнилась Анне Васильевне пугачевскаяпесня. Но оказавшись дома, плакать не стала. Онапросто думала, как ей пережить ту огромнуюпустоту, которая образовалась внутри нее. Ну, былроман, ну была любовь, но все ведь рано или позднокончается. Вот и кончилось. Теперь нужно взятьсебя в руки и жить дальше.

Она сможет…наверное. Она же сильнаяженщина.

Завтра читайте вторую историю.

Видео: Eminem — Without Me


Поделиться в соцсетях: Похожие


Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку, что разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных . Политика конфиденциальности